Судья Ксения Чипига против нижегородских психиатров (Дело «борского стрелка»)

Вчера в Нижегородском областном суде состоялось апелляционное рассмотрение жалобы адвокатов врача психиатра-нарколога Виталия Балуева, обвиненного в халатности, повлекшей по неосторожности смерть двух или более лиц (ч. 3 ст. 293 УК РФ).

Напомним, 31-летний врач был арестован 17 октября 2020 года сроком на 1 месяц и 27 дней.

Ему вменили недобросовестное отношение к своим обязанностям. Якобы он ненадлежащим образом произвел осмотр 18-летнего Даниила Монахова, в результате чего у освидетельствуемого не были выявлены психические расстройства при наличии которых противопоказано владение оружием.

Как полагают следователи СК, решение, принятое обвиняемым имело юридические последствия: на его основании подразделением Росгвардии была выдана Монахову лицензия на приобретение охотничьего огнестрельного оружия.
Впоследствии, приобретя огнестрельное оружие, 12 октября 2020 года в деревне Большеорловское Борского района Нижегородской области Монахов совершил преступление и убил трех человек, а также ранил еще троих. После чего покончил жизнь самоубийством, застрелившись.

Выступая с ходатайством о заключении подозреваемого под сражу следствие указывало, что Виталий Балуев имеет доступ к базе данных пациентов, поэтому может оказывать на них какое-либо давление или другим каким-то образам воздействовать на ход следствия.

Не будем сейчас обсуждать правомерность возбуждения уголовного дела в отношении врача, это тема для отдельного разговора. Но вот мера пресечения в виде заключение под стражу многим показалась излишне суровой.

Ворам, грабителям, разбойникам, взяточникам, и даже убийцам и другим асоциальным типам зачастую избирают гораздо более мягкую меру пресечения. А здесь перед нами совсем не преступник.

Врач, достойный член общества, вина которого якобы в том, что он кого-то когда-то якобы неправильно обследовал и этот кто-то вдруг решил взять ружье и открыть стрельбу по людям.

На вчерашнем заседании адвокаты представили суду ряд документов, которые в своем ходатайстве просили приложить к материалам дела. Это заверенные нотариусом копии дипломов, справок, различных свидетельств и удостоверений курсах повышения квалификации, подготовки и переподготовки, в общем, документы подтверждающие его должную квалификацию и специализацию как врача психиатра-нарколога.

Характеристики с мест работы: травмпункта Приокского района, где Виталий Балуев работал также врачом травматологом-ортопедом (у него есть и эта специальность), характеристики от трудовых коллективов: 7 сотрудников травмпункта, главного врача поликлиники №50 и трудового коллектива — 57 подписей, психиатрической больницы №1 — 28 сотрудников, психиатрической больницы №2 — 44 сотрудника, медицинского центра «Эксперт» — 17 сотрудников, а также подписи 150 психологов Нижнего Новгорода, которые обратились с просьбой к суду надлежащим образом разобраться в ситуации и смягчить меру пресечения Виталию Балуеву.

Кроме того, адвокаты представили суду и ходатайство из Аппарата Уполномоченного по правам человека в Нижегородской области с аналогичной просьбой.

Также стороной защиты суду были представлены документы — заявления Виталия Балуева об увольнении по собственному желанию со всех мест его трудоустройства.

Родственники обвиняемого — жена и мама также просили суд о смягчении меры пресечения: подписка о невыезде, домашний арест или залог.
Судья Ксения Чипига удовлетворила ходатайство стороны защиты и приобщила документы к материалам дела.

В свою очередь представитель государственного обвинения Роман Тараканов также ходатайствовал о приобщении к материалам дела ряда документов: постановление о привлечении Виталия Балуева в качестве обвиняемого и его показания данные в этом статусе.

Защита просила суд отказать, мотивировав тем, что в настоящем судебном процессе обжалуется арест их подзащитного, который на тот момент находился в статусе подозреваемого, и его допросы в качестве обвиняемого не имеют отношения к данному делу. Но судья постановила приобщить и эти материалы.

Высказывая свою позицию, Виталий Балуев также просил о смягчении меры пресечения, сообщив суду, что воздействовать на следствие или свидетелей у него нет ни желания, ни возможности. Написал заявления об увольнении с мест работы, у него нет доступа к базе данных пациентов.

Рассказывая об обследовании Даниила Монахова, он сообщил, что провел ее в полном объеме и в соответствии с инструкциями.
На момент осмотра — 17 июля 2020 года никаких противопоказаний для получения визы психиатра, необходимой для приобретения права на оружие, у пациента Монахова выявлено не было. Тот не стоял на учете ни у психиатров, ни у наркологов.

Выступление адвоката обвиняемого Оксаны Корсаковой было, пожалуй, самым эмоциональным из выступлений адвокатов стороны защиты. Признаться, в первый раз приходится видеть адвоката, защищающего клиента со слезами на глазах и дрожью в голосе.

— Обвинение абстрактно. Нет диагноза Монахову в принципе, нет диагноза на момент осмотра. Сторона обвинения говорит — просто доверьтесь, что мы найдем.

Мнение, что в коммерческих медицинских центрах выдают справки «всем, кто заплатит» — ошибочно. Медцентр «Эксперт» предоставил данные о случаях отказов в выдаче подобных справок. Это дело резонансное. И сейчас общество пытается разобраться, кто виноват.

Будучи призывником Монахов проходил обследование в военкомате. Проходил благополучно. И не стоит на учете. Почему государственный орган — военкомат, который тоже дает доступ к использованию оружия не нашел у него никаких диагнозов?
Но теперь вдруг пытаются вменить, что именно наш подзащитный что-то недоглядел.

Отсутствует причинно-следственная связь между действиями доктора и наступлением смерти людей. Там ведь было два ружья. Якобы одно принадлежало ему (Монахову), другое его отцу.

А есть ли в материале доказательства, что убийства были совершены из именно того оружия, которое якобы принадлежало Монахову и использовалось в момент той трагедии. Может оружие другое? Нам этого не сообщают. Не исследуется вопрос: как хранилось оружие. Какой был доступ к нему? А он (Балуев) будет сейчас в клетке, как опасный для общества человек.
Отнеситесь внимательнее к этому человеку. С человеческой точки зрения, с учетом всех обстоятельств дела.»

(А действительно? Из какого оружия были совершены убийства. Ведь, как известно, Даниил Монахов взял из комнаты два ружья, с которыми и вышел на улицу. Причем тут вообще выданная ему лицензия, если он имел свободный доступ к оружию, и мог в любой момент и без лицензии взять ружья и пойти стрелять людей?)

Защитник Халадин Геюшев, мотивировал свою позицию тем, что никому до сих пор не понятно, что неправильного совершил Виталий Балуев:

— Пытаюсь спросить у след и гособвинения, а что не так он сделал? Мы до сих пор не знаем отчего защищаться. Что он не так делал? Работал согласно инструкции.

Одним из аргументов об его аресте сказано, что Балуева необходимо заключить под стражу, ибо он будет воспрепятствовать следствию. Суд в своем обосновании также указал, что Балуев имеет доступ к базам пациентов. Но каким образом он может влиять на свидетелей или препятствовать следствию?

Согласно протоколу выемки от 14 октября 2020 года— все документы, медкарта Монахова были изъяты еще тогда 14 числа.
Балуев уже тогда и не мог ничем он препятствовать или попытаться что-то изменить.

Хоть преступление, в котором его обвиняют и относится к тяжким, но форма вины — в неосторожности. Не заслуживает он такой, самой суровой из существующих мер пресечения».

Адвокат Надежда Морозова в свою очередь отметила, что Виталий Балуев не принимает единоличное решение о выдаче оружия и это не его прерогатива:

— На основании визы врача психиатра лицензию на оружие не выдают. Ее выдают на основании справки по форме 002, но разве Балуев ее выдает? Он не является должностным лицом. А сама справка (или виза) об отсутствии медицинских показаний — не является юридическим значимым действием, которое не порождает прав и обязанностей.

В качестве аргумента о необходимости заключения под стражу — обвинение ссылалось на то, что он имеет доступ к базам пациентов. И суд сослался на этот факт вынося решение об аресте.

Сейчас Балуев уволился и перестал иметь доступ к базе. Изменились обстоятельства, устранены мотивы — изменяйте и меру пресечения.

Суд не проверил доводы следствия. Ходатайство строится лишь на предположениях следствия, которое в утвердительной форме заявляет, что у Монахова было выявлено психическое расстройство. А где документы, что у Монахова было психическое заболевание?

В материалах имеется два протокола допроса психологов, где сказано, что у того были некие отклонения от нормального поведения.
Но психолог и психиатр — это совершенно разные специальности. Первый не врач и не имеет медицинского образования.

Согласно закону об оказании медицинской помощи, врач несет ответственность только тогда, когда был причинен вред в результате некачественно оказанной медпомощи. Но Балуев не совершал никаких противоправных действий в отношении погибших. Где связь, что смерть людей наступила в результате именно его действий?

Следователь взял и написал: не выявил противопоказаний у пациента, который страдал психическим заболеванием. Здрасте вам.

Следователь не приложил никаких документов и самолично решил, что у Монахова было психическое заболевание. В ходатайство о заключении под стражу следователем заранее внесены ложные сведения».

Выслушав мнения сторон, судья Ксения Чипига удались в совещательную комнату. Совещалась она там недолго. (По времени, примерно, столько же, сколько потребуется, чтобы выкурить одну сигарету быстрыми затяжками.)

Решением судьи было отказать в удовлетворении жалобы.

P.S.

Решение нижегородского облсуда адвокаты намерены обжаловать в кассационной инстанции. Но пока получат на руки решение суда, пока подготовят жалобу, пока отправят, пока назначат пройдет не меньше месяца. Виталий Балуев будет сидеть в тюрьме.

P.P.S

Да, и еще.
Когда после окончания заседания вышли из зала, жена Виталия села на скамейку и заплакала.
От обиды и жестокой несправедливости. От немого бессилия что-то изменить.

Судьи НН